В рамках данной работы была использована процедура опроса информантов (те же участники, что и в предыдущем эксперименте), которые должны были заполнить анкету, состоящую из 14 ситуаций возможных нарушений приватности. От участников требовалось охарактеризовать эти ситуации с точки зрения предположительной типичной реакции среднего американца на указанные нарушения. Предлагались пять вариантов ответа: ОК (нормальная реакция), strange (странно), embarrassing (неловкость, смущение), insulting (оскорбление) и other (другой тип реакции).

Ситуации были смоделированы на основе интроспективного анализа и относились главным образом к сфере невербального поведения (прикосновения, зрительное воздействие, громкость го лоса, дистанция общения), три ситуации были связаны с языковым поведением, а именно распространение личной информации о ком-либо, личные вопросы и личные признания. Все примеры ограничивались фактором наименьшей степени знакомства — предполагалось, что в роли возможного нарушителя выступает незнакомый человек. В некоторых случаях оговаривались дополнительные условия: например, в ситуации 1 уточнялось, что незнакомый человек дотрагивается до вас, когда вы этого не хотите; в ситуации 3 визит незнакомого человека описывается как необоснованный (без приглашения или уведомления, а также при отсутствии фактора чрезвычайности обстоятельств). На основе анализа результатов эксперимента могут быть сделаны следующие наблюдения:

1) Наибольшее количество ответов ОК (которые могут быть квалифицированы как положительная реакция) получили ситуации 8 (незнакомый человек смотрит кому-то прямо в глаза во время разговора) — 83,33% и 14 (незнакомый человек предлагает свои услуги, когда его об этом не просят) — 59,8%. К этим показателям добавляются позитивно характеризуемые реакции типа «other», что составляет 2,94% в обоих случаях. Процент резко негативной оценки, соотносящейся главным образом с ответом «insulting», незначителен — 0,98% и 2,94% соответственно.

Вероятно эти ситуации в меньшей степени ассоциируются в сознании носителей языка с нарушениями. Действительно, исследователи отмечают, что прямой взгляд в американском общении оценивается положительно (см., например, [Stewart, Bennett 1991: 58]), информанты ассоциируют его с уважительным и внимательным отношением к собеседнику: «could show respect for that person's opinion», «that is appropriate», «respectful», «attentive», «some direct eye contact is positive».

Предложение услуг, как правило, оговаривается влиянием самой ситуации общения и оценивается рядом участников в виде формулировки «could be nice». Однако данная ситуация не всегда характеризуется положительно — 16,67% участников выбирают ответ «strange» и 5,88% ответ «embarrassing». Таким образом, стремление помочь незнакомому человеку не вызывает отрицательной ассоциации, если не предполагает навязчивости, например: «ОК, if they hail you a cab. Not OK if they get in with you or offer to carry packages».

2)    Наибольший процент оценки «strange> (по степени эмоциональности данная характеристика менее категорична по сравнению с реакциями «embarrassing» и «insulting», хотя представляет ситуацию как ненормативную, тем или иным образом противоречащую представлению о должном) получают ситуации 2 (пристальное разглядывание незнакомого человека), 3 (визит к кому-то домой без приглашения или уведомления и при обычных — не чрезвычайных — обстоятельствах), 4 (преследование незнакомого человека), 13 (сообщение кому-либо интимных подробностей о себе), 6 (установление слишком близкой дистанции общения), 9 (рассматривание книги, журнала и т. д., которые читает другой человек) и 12 (расспрашивание о личных делах). Вероятно, данный тип оценки характеризует как описанные действия, так и совершающих их людей в аналогичных терминах: они квалифицируются как невежливые, бестактные, странные (ассоциация с плохими манерами, нежели с намеренно предпринимаемым оскорбительным поведением).


⇐ назад к прежней странице | | перейти на следующую страницу ⇒
Литература: