Как я отмечал, очень важно обозначение границ поля с указанием входов и выходов системы. Наличие входов и выходов на общем поле и в каждой его части определяет открытость/закрытость системы, ее взаимодействие с другими системами и с тем видом реальности, который системой обрабатывается. Входы и выходы регулируют, в конечном счете, энтропию системы и, следовательно, ее дальнейшую судьбу. В системах объективной реальности первичного типа наличие входов и выходов от нас не зависит; они присутствуют в ней в готовом виде. От нас в определенной степени зависит лишь использование имеющихся входов и выходов и их возможное приспособление к новым функциям.

В организме человека имеется энное количество входов, через которые в систему поступает еда, питье, воздух и информация, и некоторое число выходов, через которые выбрасываются отходы и исходит информация. Но человек оказался столь податливой биологической структурой, что эти входы и выходы смогли эффективно приспосабливаться к выполнению все новых и новых функций. Даже ближайшие к нам биологические виды далеко отстают в этом смысле. Ученые давно пытаются научить обезьян говорить, находя в них зачатки разума. Одним из препятствий является то, что у обезьян нет подходящих артикуляционных органов. Попытки приспособить имеющиеся у них органы к произнесению отчетливых звуков не приводят к успеху: обезьяны с трудом научаются произносить несколько невнятных звуков, имеющих лишь очень отдаленное сходство со звуками человеческой речи. В процессе эволюции человек, когда-то произошедший от обезьяны, давно преодолел тот разделительный рубеж, на котором он превратил рот и примыкающие к нему части тела в артикулирующий аппарат. С сегодняшними обезьянами, да еще в условиях лабораторного эксперимента, все такие попытки оказались безуспешными.

В объектах Второй природы и в семиотических системах человек устанавливает столько входов и выходов, сколько он считает нужным. При этом они должны соответствовать входам и выходам из систем иных видов реальности. Этому, имеющему огромный эвристический смысл выводу, мы должны неукоснительно следовать. Проиллюстрируем этот аргумент. Для овладения даром языка каждый из нас должен иметь и развивать органы говорения и слуха; для чтения и письма мы должны обладать зрением и моторными навыками выведения букв. Теперь представьте, что у кого-то нет одного или нескольких из названных возможностей. Тогда для немых изобретается жестовый язык со своим выходами и входами, для слепых - азбука Брайля, для глухонемых и слепых - язык того типа, что использовал Иеронимус Лорм. Я не буду расшифровывать все названные имена, сведения о них вы можете найти в Интернете. Я хочу лишь показать, что использование той или иной знаковой системы прямо зависит от наличия входов и выходов, нацеленных на это в объективной реальности первого либо второго типа, с которым будет связана придумываемая семиотическая конструкция.

Прибегнем еще к одному примеру, на сей раз к устройству компьютера. Почему компьютеры оказались столь эффективными в выполнении некоторых человеческих функций, которые мы им охотно передоверяем? Да потому, в частности, что они сконструированы с такими входами и выходами, которые соответствуют входам и выходам в человеческом организме. Два человеческих гения способствовали этому: Клод Шеннон и Джон фон Нейман. Фон Нейман был одним из самых ярких математиков ХХ века. В середине 40-х годов он преподавал в США. Тогда же был построен самый крупный компьютер на вакуумных лампах - ЭНИАК. Обсуждался проект нового, еще более мощного компьютера - ЭДВАК’а.


⇐ назад к прежней странице | | перейти на следующую страницу ⇒